Мне не надо принца

Шел дождь. Как и тогда, в день ее расставания с сыном. Холодный, серый, скучный. И не было видно просвета.

«Как и в моей жизни», – подумала Мария и плотнее завернулась в плащ, хотя в автобусе было тепло и сонно. Только по окну мокрые потеки, этот надоедливый дождь. Закрыла глаза. Пыталась задремать, успокоиться. Отгородиться от болезненных воспоминаний. Но зря. Они набегали, как волны, тогда, на море, где Мария впервые встретилась с Олегом.

То лето… Она ловила на пляже солнечные лучи и восхищенные взгляды мужчин.

– Тебе надо принца, – шутила подруга.

Может, и так, лишь где его взять? И вот море, солнце и Олег. Выяснилось, они были еще и с одного города, но до сих пор не встречались никогда. На принца он похож не был, но и на ее знакомых студентов – тоже. Старший от нее, уверен в себе. Поэтому когда пригласил в ресторан, Мария не отказалась.

Они пили вино. Ветер доносил запах моря. Ресторанный оркестр играл почему-то грустные мелодии. Мария слушала, как плачет скрипка.

Олег мало рассказывал о себе. Разве то, что работает в солидном учреждении, часто ездит в заграничные командировки. Имеет собственный дом, деньги. И неустроенная личная жизнь. Так что это просто чудо, что встретил ее, Марию.

Путевка заканчивалась. Олег просил ее остаться еще на несколько дней, обещал все устроить. И действительно, Марию ждал отдельный домик на берегу моря. А потом, как уверял Олег, они поженятся, потому что он еще никогда не встречал такой красивой девушки.

Мария осталась и была счастлива. Домой возвращались вместе, только вдвоем в купе: Олег об этом позаботился заранее.

Они расстались на перроне, договорившись встретиться завтра. Но на следующий день телефон молчал. Мария картала себя, что не записала Олегового номера. Он позвонил через месяц. Когда она, устав от неопределенности, уже и перестала ждать.

– Прости. Сразу же после приезда меня отправили в командировку.

Она простила. Забыла даже сказать, что оттуда тоже можно было позвонить. Олег был рядом, ничто другое не имело значения. Теперь они не ходили ни в ресторан, ни в бар, на кофе. Олег привозил ее в какую-то пустую квартиру. Вынимал из сумки различные деликатесы, дорогие напитки.

– Хочу быть только с тобой, без людей, – говорил девушке. Она таяла в его объятиях. И верила.

В один день почувствовала, что станет матерью. С нетерпением ждала встречи с Олегом, чтобы обо всем рассказать.

– Действительно? – прервал он ее. — Не волнуйся, что-то придумаем. Пока не поздно…

Что-то говорил о деньгах, которые ей даст, и о знакомых врачах, о том, что никто и знать не будет. Мария не верила в то, что слышала. Стояла растерянная и тихая.

— Но мы собирались пожениться. ..

– Прости, но я… давно женат. Я очень тебя люблю, но с женой развестись не могу. Ее родители столько помогли мне. И у нас подрастает сын…

Она уже не помнит, как вышла из этой квартиры. В голове пульсировала лишь одна мысль: я тоже рожу сына…

Мария вздохнула. Почему именно сегодня, именно сейчас на нее нахлынули эти воспоминания? Словно дождь, этот надоедливый дождь за окном автобуса. Нет, она не будет вспоминать, как восприняли тогда ее известие родители. Еще хуже – в институте. Она не выдержала и таки пошла на прием к врачу.

– Уже поздно, слишком поздно. Никто не будет рисковать.

Она родила сына. Как раз тогда, когда в институте был выпускной. Декан, распределяя направление на работу, на ее фамилии иронично улыбнулся.

– Вам, Мария, это не нужно…

– Нет, почему же? Я поеду на работу. По направлению.

— Он как? А как же… Впрочем, как знаете.

Она знала. Решилась еще тогда, когда в женской консультации отказались лишить ее ребенка. Что ж, она решит по-своему. И назло всем будет счастливым.

В детском доме подписывала заявление, что отказывается от сына и никогда не будет предъявлять на него никаких прав. Почему хотела, чтобы главный врач, этот седой мужчина напротив, что-то спросил ее, упрекнул. Тогда бы она рассказала ему все, поплакала, пожалела себя. Но седой мужчина молчал.

– Его зовут Павлик. И он совсем здоров. Только плачет ночью. Не от того, что его что-то болит. Он боится темноты. Как я…

– Хорошо, – грустно улыбнулся врач. – А теперь вы можете идти.

Она бродила равнодушным к ее проблемам городом. Шел дождь. Мария подставляла ладони под холодные капли и клялась себе, что забудет все, смоет с души, как вода грязь с мокрого асфальта.

Ошиблась. Прошлое не отпускало ее. Ни тогда, когда уехала и устроилась на работу в другом городе. Ни когда в ее жизни начали появляться новые поклонники. Как-то не обращала на них внимания. Флиртовала одинаково со всеми, будто просеивала сквозь сито. Хуже было с воспоминаниями – прошлыми и горькими. Особенно в долгие зимние вечера, когда впереди ждала еще такая же длинная ночь. Мария всегда боялась темноты. Включала во всех комнатах свет, а из головы не шла мысль: он, ее маленький сын, тоже плакал в темноте.

Как-то собралась, уехала. Детский дом встретил ее тепло и радушно.

– Здесь рады каждому, – объяснила няня. – Особенно малыши.

Мария раздавала им привезенные фрукты, конфеты. Они жались к ней, подставляя под теплую ладонь свои головки. Мария гладила разноцветные челки. Прижимала к себе сына…

Ее поездки становились чаще, и Павлик уже узнавал ее, звал «мамой».

– Они всех так называют, – снова объяснила ей няня. – И нас, и тех, кто к ним приходит.

Позже Павлика перевели в интернат для старшеньких детей. Мария наведывалась и туда. Как-то оставила воспитательнице свой адрес и номер телефона.

— Когда что с Павликом, звоните. Не дай Бог, заболеет…

Воспитательница пожала плечами: мол, все дети болеют. Но адрес все-таки взяла. А потом в жизни Марии появился Виктор. Тихий скромный бухгалтер их отдела. Так же тихо, ненавязчиво он обожал Марию. Любила ли она Виктора? Единственное знает наверняка: хотела покоя и уюта и в одинокой квартире, и в своей душе. Вскоре Мария родила дочь, и теперь Виктор обожал их обоих. Она тоже смотрела на них, родных, счастливых. А где-то там, среди чужих людей ее сын… Но дни накатывались на луне. Ничего, она поедет к Павлику позже, сейчас дочку оставить не с кем, – успокаивала себя Мария.

В тот день Виктор пошел на работу. Она с дочкой еще дремала в постели. И вдруг телефонный звонок. Длинный, протяженный. Междугородний, — мелькнула мысль.

– Кто бы это?

Голос в трубке был незнакомый.

– Это воспитательница из интерната. Вы просили позвонить. Павлик болен. Очень. В больнице. Приезжайте. В конце, как хотите, я вам сказала. Мария собиралась, как в горячке. Попросила соседку присмотреть за дочкой. А мужа прийти с работы пораньше.

И вот этот сонный, теплый автобус. Она еще не знала, что скажет Виктору, как объяснит все соседке, на работе. Знала одно: без сына домой она больше не вернется.