Не выделяться из общей массы?

Почему одни дети успешные, а у других не ладится ничего? И в учебе хаос, и на работе, далеко не лидер, и в личной жизни полных крах? Помню, еще в школьные годы я задавалась этим вопросом. Вот живет девочка Сонечка, обычная девочка, со средними внешними данными и интеллектом, но Сонечка отлично вписывается и в коллектив школьный, и в институтский, затем замечательно устраивается на работе. Муж носит ее на руках, в семье стабильность и никаких катаклизмов.

А у точно такой же девочки Кати ничего в жизни не ладится. Она послушно поступает в нелюбимый институт, осваивает ей постылую профессию, отношение однокурсников к ней, мягко говоря, никакое: в лучшем случае не замечают, в худшем — начинают потихоньку подтравливать. А ведь и внешне привлекательная, и не глупа.

Замуж Катя выходит крайне неудачно. И если даже семья ее не распадается, то живется ей очень несладко. Почти всегда у Кати муж с проблемами: или игроман, или хронический неудачник, или попивать начинает. Почему так?

А потом я сделала любопытное наблюдение, по крайне мере, для себя любопытное. Везде, начиная от детского садика, заканчивая рабочим кабинетом нас учат быть «как все», чтобы не выделялись, чтобы не были на голову выше других. Этакое усреднение до общей массы.

Помните, в садике вас выстраивали парами, считали по головам, словом, всячески обезличивали? А потом в школе учителя волей-неволей начинали равняться на весьма средних учеников давая новый материал, выполняя работу над ошибками?

-Девочка должна быть скромной, — повторяла мама в детстве Кате, — ни к чему одеваться так ярко, вызывающе. Каким геологом? Не будешь ты геологом, это профессия для мальчишек, девочке это не пристало. Надо выбирать что-то надежное и приличное. Что ты вообще о себе вообразила? Будь, как все.

-Ты у нас самая необычная, — с детства слышала Соня, — все обязательно будет так, как захочешь ты. Кто тебе сказал, что с твоей математикой не поступишь в вуз? Да ладно, много они понимают. Все будет хорошо.

Вот и выходит, что кати вырастают из удобно усредненной до общего фона массы. Не мечтая, зная, что они — так, ничего особенного. А сони дерзают, мечтают и их мечты сбываются, потому что у необыкновенных девочек мечты не сбываться не могут.

Пришлось мне одно время работать педагогов в одном из детских домов. Скажу сразу, долго я там не выдержала. Знаете, какая задача ставилась перед педагогическим коллективом, когда ребенок только приходил в казенное учреждение? Простая: научить его подчиняться распорядку и правилам, быть как все.

Петров хочет заниматься рисованием? Щаз. Будем мы его одного с педагогом в художку водить, если вся группа в это время на плавание идет. Будет Петров у нас плавать, как миленький будет.

Смирнова хочет стать кинологом после 9-го класса? Ага. Размечталась. Нечего. Возить ее за тридевять земель, туда столько всего надо. Вон колледж рядом. Будет у нас Смирнова, как все — поваром-кондитером.

И Смирнова будет. Только она станет ненавидеть все, что связано с ее профессией, ведь она предала свою мечту. Потому что так удобнее было педколлективу: никто не выделяется, тишь и благодать. Посмотрите, какие детки у нас: воспитанные, кроткие, послушные.

А знаете, какая задача ставилась перед педагогами на выходе воспитанника из детского дома? Правильно, чтобы был воспитанник личностью. Всесторонне развитой и самостоятельной. Чтобы не потерялся в огромном мире, чтобы сам знал куда пойти и к кому обратиться в определенной жизненной ситуации.

Получалось? Фигушки. Потому что они послушные, безынициативные, привыкшие ходить парами и не выделяться, слушающиеся педагогов. А когда им некого становится слушаться, то теряются «усредненные» и практически всем строем повторяют судьбу своих родителей, из-за которых они и оказались в казенных детдомовских стенах.