Женская солидарность в семье на благо?

Выстроить отношения внутри семьи получается у всех в разной степени. Можно позавидовать и поучиться у тех, кто и родителями второй половины нашел взаимопонимание, и со своими родственниками обходится без недомолвок и недоразумений. Но такой случай, как мне на днях описали — скорее исключение.

Пришла к приятельнице на работу. Работает этот небольшой офис в соседнем доме, я иногда туда заглядываю, чайку попить. Сотрудников практически всех знаю, новые лица появляются достаточно редко. На этот раз за месяц, прошедший с моего последнего посещения в коллективе появилась Наташа. Я вошла, она по телефону говорит, лицо напряженное, все притихли.

-Миша, не веди себя, как маленький. Что значит ты переночуешь в мастерской? Это что за новости, ты там еще 10 дней собираешься ночевать? Если да, то считай себя разведенным мужчиной. Или… — Наташа понизила голос до шепота.

-Ну вот, — подняла голову молодая женщина после разговора, — представляете, этот трус собрался ночевать оставаться на работе. И что? 10 дней, пока мама не уедет?

-Теща с зятем не найдут общего языка, — не удержалась я, приготовившись запоминать очередную историю.

-Если бы, — расхохоталась Наташа, а за ней рассмеялись и остальные сотрудники, бывшие в курсе злоключений ее супруга, — мама приехала. Его собственная мама.

Наташа замужем за Михаилом уже 12 лет, со студенческой скамьи. Она из нашего Подмосковья, он из Архангельской области. Живут в квартире Наташиной бабушки, доставшейся девушке лет 8 назад, до этого снимали однушку. А с шикарной наследственной трешкой начались в семье проблемы.

-Как хорошо, что не у сватьи теперь останавливаться можно, — обрадовалась по телефону Мишина мама, — а то замучила я новую родню своим храпом.

Александра Алексеевна приезжала к ним раньше редко: стеснять сватов не хотела, да и работала. А переезд в просторную квартиру совпал по времени с ее выходом на льготную пенсию. Сыну Наташи было тогда 2 года, Александра Алексеевна обозначила дату выезда, сообщив, что гостить будет 2 недели.

-2 недели, — потерянно произнес муж, — это катастрофа. Все, она все переиначит, везде сунет свой нос и наведет свои порядки. Мой старший брат улетел жить в Приморье, надеясь, что мама будет реже до него добираться, а мы попали…

За Александрой Алексеевной ничего криминального не замечалось, поэтому Наташа особенно не напряглась. Но Миша сказал, что это только потому, что мама так надолго к ним никогда не приезжала.

В день икс, сын поехал за мамой: встречать ее в Москву. Явились они вечером, сумками нагруженные под завязку: варенья, соленья, брусника, клюква, сало домашнее, мясо вяленое. Расцеловав внука, Александра Алексеевна неожиданно громко, как прапор-отставник вдруг рявкнула:

-А ну встал и обувь мыть пошел.

Наташа оглянулась, оказалось, что Миша уже уселся в любимое кресло перед телевизором. Семейный лабрадор умница Боня соскочила с дивана и постаралась уменьшиться до размеров щенка где-то в коробке с детскими игрушками. Миша послушно пошел мыть обувь. При этом молниеносно тон Александры Алексеевны вновь поменялся на ласковый и тихий:

-Я пирожки привезла, давай разогреем их в микроволновке, вкусные, пойдем на кухню.

Посидели за накрытым Наташей столом, внук с колен бабушки не слезал, а после того, как поели, попили чай, а Наташа привычно встала к раковине, стены квартиры снова содрогнулись:

-Стоять, жертва мужского шовинизма, — гаркнула мама супруга, — с ума сошла? Мыть посуду будет муж. Ишь, разбаловала его, лоботряса.

Миша обиженно сопя встал к раковине. Боня трусливо спряталась в детской, внук с интересом посмотрел на бабулю, а кошка, которую звали Белкой и которая была очень разборчива в вопросах питания, вдруг начала торопливо вылизывать свою миску: нервное наверно.

Тот первый раз гостевания мамы мужа Наташа запомнила навсегда. Никогда она еще столько не отдыхала от быта, никогда муж так много не помогал ей по хозяйству. Белка заметно прибавила в весе, а Боня научилась исполнять все команды, которые знала Александра Алексеевна. А потом уже и выражение ее лица четко улавливала, когда можно за лаской подойти, а когда уйти и не отсвечивать.

-Единственные, кто кайфовал, — со смехом вспоминает Наташа, — это я и сын. Внука Александра Алексеевна боготворит, а меня считает жертвой домашнего произвола мужа-тирана. Приезжает она раз в год, на две недели. Так Миша за месяц начинает готовиться, а потом еще на пару месяцев его хватает. Ну да, он с ленцой, как все мужчины, ему бы после работы, да на диван. Свекровь об этом прекрасно знает.

-Я их, двоих пацанов, одна вырастила, муж лодырь и алкаш сбежал за легкой жизнью, когда Мишке и трех лет не было, — рассказывала Александра Алексеевна, — в ежовых рукавицах их держать надо. До старшего каждый год не наездишься, а уж Мишку не упущу. С ленцой они, в папашу. А ты девушка мягкая, так что — жалуйся. Не дадим тебя в обиду.

-Вот так и живу, — говорит Наташа, — да Миша не останется ночевать на работе, так он, на жалость давит. Притесняют видишь ли мужика. Посмотрела бы, если он решится дома не ночевать, да еще и при маме. Да вон Александра Алексеевна идет, внука из школы встречать ходила.